Follow by Email

вторник, 25 октября 2011 г.

Интервью: Билл Кондон говорит о фильме "Рассвет"!



Билл Кондан встретился 3 июня 2011г. с известными блоггерами мира и ответил на многие вопросы и приоткрыл нам тайну о съемках самого ожидаемого фильма года.


Вопрос:
— Как же проходили съемки в Бразилии?

Билл Кондон:
— Было все просто замечательно. Первые пару недель были незабываемыми и именно там начался наш опыт общения с поклонниками, которые пытались попасть на площадку и хотели выследить Роба и Кристен.
Потом, все немного успокоилось, но вся наша команда продолжала испытывать волнение от того, как сильно реагируют на все поклонники фильма.

Вопрос:
— А фанаты? Я представляю себе сцену, во время съемок, где вокруг вас было много людей... Это Вас как режиссера, отвлекало или помогало?

Билл Кондон:
— Мм, это было необычно, так как это была наша вторая ночь съемок и поэтому я не знал, чего можно ожидать. Фактически, это оказалось самым экстремальным, что происходило с нами во время всего фильма.
Когда были съемки на улицах Lapa, внезапно на площадку выскочила девушка, которая бросилась обнимать Роба, последовал всеобщий смех, я думаю, что она была "казнена" другими фанатами, которые не позволяли себе сорвать съемки.
Я никогда не видел ее больше... Да, тогда на этих съемках чувствовалось некоторое безумие. Мда, точно, определенно.

Вопрос:
— Прежде чем начались съемки фильма, насколько Вы были осведомлены о сумеречных фанатах и то, на что они способны?

Билл Кондон:
— Мы получили много информации от людей из Summit о том, что именно может происходит и чего нам ждать.
Но так как мы много времени находились в студии, в Батон-Руж, поэтому у нас всё находилось под контролем. Реально, мы столкнулись с фанатами только на улицах Бразилии.

Вопрос:
— Вам, вероятно, посчастливилось наблюдать самые захватывающие моменты. Насколько Вы были увлечены поиском подходящих мест для съемок?

Билл Кондон:
— Сначала поиском занимался Ричард Шерман (художник-постановщик). Прошел месяц, пока он нашел остров Эсме. А дальше, я стал заниматься поиском последних пяти мест. Это было прекрасно. Представляете, плыть на лодке и останавливаться на обед в небольших рыбных ресторанчиках на островах … Никаких проблем, да это было здорово.

Вопрос:
— Насколько Вы были знакомы с Сагой до участия в съемках последней части?

Билл Кондон:
— Полагаю, достаточно знаком.
Вы знаете, я бы не сказал, что изучал их досконально, но я знал о ней и всё видел.
Но когда я погрузился в эту тему, это было похоже на "Сумеречный Словарь", я читал и перечитывал книги, только, чтобы удостовериться, что мы сделали все правильно.
Вы знаете, есть такие вещи как, например, о Робе [ссылается на момент, где показаны проблески прошлого Эдварда, где он у кинотеатра преследует “человеческих монстров”].
"Я не рассказал тебе все о себе” — это лишь одна строчка, которую мы взяли из первой книги.
Когда я в первый раз встретился с Робом, у нас была долгая, большая ночь, много, много, много пива [смеется] и, хм, он сказал, что его немного расстраивает один момент, который состоит в том, что его образ больше раскрыт в первой книге, в которой был описан Эдвард.
Это отчасти отражалось на его игре во всем кино. Это ненависть к самому себе и чувство вины за то, что он убивал людей.
Но все же это никогда подробно не показывалось в фильмах.
Поэтому тогда я возвратился к главе в "Сумерках", и я почувствовал, Боже, что лучший момент для возвращения к этому — прямо перед свадьбой.
И это объясняет, кем же он был. Затем на свадьбе Роберт говорит тост со словами"найти человека, который может смотреть на тебя, зная о тебе все, и при этом принимать тебя таким, какой ты есть.
Я готов идти дальше.”

Так, бесконечные 17 лет, в которые он пойман, бесконечны только отчасти, я думаю, вы увидите его его новые изменения с момента, когда он женится.
Он пойдет дальше. И будут изменения в игре... Они произойдут в момент превращения Эдварда в мужчину. Таким образом, я думаю, что эти моменты будут интересны людям.
Именно эта мысль пришла мне в результате нашего обсуждения с Робертом, возвращения к первой книге и поиска в ней нужных строчек.
А затем было принято решение сделать эпизод, показывающий, как он чувствовал себя, охотившись за человеческой кровью, таким мы еще не видели его прежде.

Вопрос:
— Возвращаясь к этой сцене, меня действительно заинтересовала черно-белая динамика…
И я предполагаю, это была параллель с кино о Франкенштейне, которое шло [в сцене, где Эдвард находится в кинотеатре в 1920-ых, идет фильм "Франкенштейн"]...

Билл Кондон:
— Я думал о способе, которым это можно было выразить. Я имею в виду, есть много возможностей.
Один из них в том, что мне нравится, как фанаты кричат от Франкенштейна, а среди них притаился Эдвард, который также становится монстром в фильме.
Фактически, весь фильм, посвящен созданию для него невесты. Я имею в виду, что именно в конце происходит то, что он все таки сделал это. (победил монстра)
Кроме того, стили этих фильмов очень похожи, это подобные по тональности фильмы и, наконец, черно-белые кадры, которые мы сделали, тоже создают сходство.
Когда он убивает людей, цвет уходит, а затем возвращается. Это язык фильма, который отчасти передает смысл.

Вопрос:
— Мы можем ожидать сцены из других эпох, которых мы не видели прежде в других фильмах?

Билл Кондон:
— Да, конечно.
Вы знаете, почему я так думаю?
В этом фильме это — Джейкоб, в следующем это — Белла.
Поймите, Стефани сделала удивительную вещь в книге, рассказывая историю с точки зрения Беллы, и внезапно переходя к точке зрения Джейкоба, а затем возвращаясь к Белле.
В первой части, есть момент, который позволяет проникнуть внутрь головы волка.
Там есть определенная стилизация. И затем, в следующем фильме,во второй части происходит еще больше изменений и совершенствования.
Мы наблюдали за вампирами с точки зрения Беллы, но теперь они становятся похожи на нас, потому что мы — это она, и теперь мы можем почувствовать, каково это быть вампиром.
На что похожа способность быстро перемещаться?
Каково иметь такую силу?
На что это похоже? На что похож мир в ее глазах?
Это действительно расширяет взгляд на персонажей, производит большее впечатление и, я думаю, представляет собой определенный и новый вид стилизации.

Вопрос:
— Мне нравится, как вы говорите от лица персонажа. Мне это действительно нравится в фильмах и другим людям тоже, потому что и в книгах повествование идет либо от лица Беллы, либо от лица Джейкоба, но теперь Вы расширяете это в сцене с Вольтеррой…

Билл Кондон:
— Совершенно верно.

Вопрос:
— И вы даете возможность увидеть то, что раньше можно было только представить. Насколько Вы сотрудничали со Стефани Майер по вопросам таких дополнительных моментов, которых нет в книге, но которые, понятно, что происходили?

Билл Кондон:
— Верно. Ну, я думаю, что интенсивнее всего я сотрудничал с Мелиссой Розенберг
— Стефани была там, и в это время, и потом — но мы были теми, кто работал со сценарием изо дня в день, придавали ему форму. Затем Стефани, наряду с другими продюсерами, давала свои комментарии.
Очевидно, что она — главный источник, к которому мы обращались все время.

Вопрос:
— Так, сколько времени вы сотрудничали ежедневно в написании сценария? Я задаюсь вопросом, как адаптация мюзикла отличается от кино, как книга такого большого объема становится фильмом?

Билл Кондон:
— Я уже делал это прежде. "Боги и Монстры" были адаптацией книги.
Но Мелисса написала сценарий, и это было грандиозно. Я присоединился к работе в марте или апреле, и мы начали съемки.
Была предварительная подготовка сразу к двум фильмам, в самом начале это было немного сложно.
Так, с Мелиссой, которая знала материал очень хорошо, и является солидным, сильным автором, мы обговаривали каждую сцену, выстраивали структуру, весь материал.
И это была действительно, как я уже сказал, очень и очень интенсивная работа в течение нескольких месяцев.
Но это была Мелисса! Это было ее глубокое знание материала… и созидание.
Она очень многое создала в этих фильмах.

Вопрос:
— Говоря о Мелиссе и Стефани, как появилась идея показать их в кадре? Чья это была идея?

Билл Кондон:
— Кажется я подтолкнул их к этому... И поместил их на заднем плане, таким образом, чтобы их можно было рассмотреть по мере движения по проходу Беллы.

Спасибо от всех нас!

Вопрос:
— Как Вы думаете, какая часть "Рассвета" будет самой захватывающей для поклонников? Часть 1 или Часть 2?

Билл Кондон:
— Вы знаете самое интересное то, что все три предыдущих фильма так отличаются друг от друга, и это одна из причин, по которой я стал работать над «Рассветом».
И конечно то, что каждый фильм показывает стиль режиссера, который его создавал.
И две части «Рассвета» невероятно отличаются от всех других фильмов, но в них есть стиль, потому что основой являются первые «Сумерки».
Это как путешествие Беллы, которое начинается с того, что она приходит к тому, чтобы стать вампиром, добиться того, чего она хочет.
Но нет никакой внешней угрозы в этом кино, понимаете меня? Вольтури там всегда, но они не стремятся, на самом деле, лишить всех Калленов воздуха. Этот фильм действительно о Белле, которая добилась того, чего она хочет.
Второе кино более эпическое. Целый мир сходится в одной точке, чтобы решить вопрос о том, что это означает быть вампиром.

Вопрос:
— У Вас были съемки сексуальных сцен и были ли проблемы, когда приходилось их снимать? Поскольку фильм имеет возрастной ценз PG-13.

Билл Кондон:
— Ну, я думаю, что мы не сделали ничего слишком специального, нам было важно показать реальность, они ведь теперь женаты!
Мне важно было выразить эту огромную любовь, которая существует между ними все это время и конечно показать её физическую сторону.

Вопрос:
— Насколько Вы приняли участие в музыкальном процессе Картера Беруэлла, который раньше сделал множество треков?

Билл Кондон: 
— Вы знаете, Картер и я много сотрудничали прежде, и в "Богах и Монстрах", и в "Докторе Кинси", и затем он стал работать над первой частью «Рассвета».
Я имею в виду, что мы сотрудничали, и у этого сотрудничества есть предыстория, кстати мы как раз говорили об этом на днях.
Я думаю, что фильм будет действительно отчасти улучшен при участии музыки Картера.
Но, как в любом другом кино, мы обсуждали каждый с ним момент.
Что здесь интересно, так это стиль, как он был передан, и это действительно у него работает.
То, что мы сняли, отражает этот стиль, песни действительно говорят о многом, и это немного походит даже на мюзикл. Вся музыка — это баллады.
Когда Белла понимает, что беременна, когда она смотрится в зеркало и влюбляется в своего ребенка.
Она смотрит на себя и говорит: "Ты собираешься стать матерью".
Это длится полторы минуты, только три кадра общим планом, но именно музыка заставляет возвращаться к этой сцене снова и снова.
И музыка есть... На свадьбе.
В фильме есть очень короткий танец. У нас был хореограф, который является одним из лучших в Чикаго. Он помогал нам создавать этот волшебный момент.

Вопрос:
— Есть ли у Вас кто-то на примете, кого Вы надеетесь увидеть в новом саундтреке?

Билл Кондон:
— У нас есть Александра Патсавас, которая контролировала музыкальную часть этих фильмов. Кажется, у нас было десять или одиннадцать CD. На каждом из которых по восемнадцать песен. Что это значит? Двести песен и удивительные люди, которые написали для «Сумерек» все эти песни, чтобы мы могли выбрать.

Джек Моррисси: 
— И все неизданные. Золотое правило: если трек был выпущен, и если вы его слышали, тогда его не будет в фильме.

Вопрос:
— Когда вы впервые читаете сценарий, у вас в голове уже создаются картинки того, что вы хотите увидеть? То есть вам уже ясно, как вы будете это делать? Или вы выбираете нужный путь уже в процессе съемок?

Билл Кондон:
— Это хороший вопрос. Вы знаете, это было, когда ты влюбляешься. Этого не было в сценарии, да и не было никакого сценария.
Но при чтении книги я понимал, как к этому подойти.
С самого начала у меня была очень простая идея, я просто хотел попробовать свои силы, и, я думаю, что отчасти поэтому меня и выбрали.
Вот по такому способу мы и работали, таким и получилось кино, таким вы его и увидите, пока его не посмотрит Американская кино-ассоциация, присуждающая фильмам рейтинг.

Джек Моррисси:
— Не волнуйтесь. Все останется. Ничего не вырежут.

Вопрос:
— Так что первоначально привлекло Вас в этом проекте? Что заставило Вас сказать: «Я собираюсь сделать это»?

Билл Кондон:
— Ну, возможно, то, что я начинал с фильмов такого жанра и всегда искал шанс вернуться к ним.
И дело не только в жанре, я всегда с почтением относился к старым голливудским фильмам.
И, мне кажется, это кино из тех, которые мог бы снять Винсенте Миннелли.
Романтичные мелодрамы, наполненные цветом, стильные, рассказывающие историю женщины.
Это действительно близко мне. Это были два фильма, идущие друг за другом и это не было похоже на самую захватывающую перспективу! (смеется) Но с другой стороны, я доволен тем, что мы это сделали.

Вопрос:
— Вы работаете сейчас над чем-нибудь для второй части фильма? Я имею в виду, как Вы сочетаете работу над этими частями?

Билл Кондон:
— Вы знаете, Джинни [Вирджиния Кац] редактирует по мере нашего продвижения материал, и на выходных мы всё обговорим.
У нас есть очень хорошая команда для второй части. Йен, младший редактор, все еще продолжает работать с материалом.
Достаточно скоро мы должны начать работу, несмотря на то, что фильмы будут показаны с промежутком в год. Но пока, в течение следующих шести недель весь материал ко второй части фильма будет находиться в столе, до тех пор, пока мы не закончили совершенствовать первую часть.


Комментариев нет:

Отправить комментарий